(К статье К. Цукермана «Два этапа формирования Древнерусского государства»)

Не могу не согласиться с недоумением В.Я. Петрухина, который, рецензируя статью К. Цукермана, опубликованную в том же № 4 журнала «Славяноведение» за 2001 г. (ранее изданную на французском языке в сборнике: Les Centres proto-urbains russes entre Scandinavie, Byzance et Orient. Actes du Colloque International tenu au College de France en octobre 1997. Paris, 2000. P. 95-120; появление русского перевода в достаточно популярном академическом издании, видимо, концептуально для автора), отметил, что в научной литературе стал чуть ли не общепризнанным термин «Русский каганат» по отношению к государственному образованию на восточнославянской территории в стадии его становления, где проживали разнообразные народы — славянские, финно-угорские, балтские, скандинавские и тюркские, которое давно и научно корректно названо Древнерусским государством. К. Цукерман апеллирует к целому ряду источников, называя Древнерусское государство начального этапа «Русским каганатом», но я обращусь только к истолкованию упомянутых автором статьи восточных сочинений, коими занимаюсь много лет.

Прежде всего, совершенно ошибочно утверждение К. Цукермана, будто ранние арабские авторы смешивали русов со славянами. Все без исключения арабские писатели рассказывали отдельно — о славянах, и отдельно — о русах: общеизвестно, что те, кто пересказывал «Анонимную записку» (Ибн Русте, Гардизи, Мутаххар ал-Макдиси и многие другие), посвящали русам и славянам совершенно разные рассказы; ученые другого круга — ал-Истахри, Ибн Хаукал, ал-Мас’уди, анонимный автор «Ху-
дуд ал-‘алам» и другие — говорили о местоположении славян и русов как народов соседних или близкоживущих, описывали их области, никогда не смешивая, живописа- ли их торговую деятельность как совершенно разную; даже вживую видевший русов на Волге Ибн Фадлан предпочитал называть царя волжских болгар — царем славян, но никак не путал ни тех, ни других с русами. Только Ибн Хордадбех писал, что «русы — вид (= племя, род — араб, джине) славян» ([1. Р. 154], араб, текст; [2. С. 124], русск. пер.), но и эту фразу необходимо рассматривать в контексте всего рассказа: она завершает фрагмент о купцах-русах в Багдаде, где упомянуто, что славянские евнухи служат русам переводчиками и, таким образом, даже здесь одни отделены от других, а завершающее предложение всего лишь поясняет ситуацию: прибывшим с восточноевропейской территории торговцам-русам никто более не смог бы послужить таким образом, и не более того. Надеюсь, что не очень уместно возвращаться к полемике двухсотлетней давности о том, почему «багдадские» русы понимали только славянский язык.

Попытки показать смешение понятий ар-рус и ас-сакалиба В.Ф. Минорским [3. С. 145-149] обнаруживают скорее тщетность этих стараний и непонятную (по-видимому, временную, конъюнктурную) предвзятость ученого в этом вопросе, который при этом во всех случаях настаивал на скандинавском происхождении русов. То обстоятельство, что Ибн ал-Факих, пересказывая эпизод из книги Ибн Хордадбеха о торговле, называет в своем тексте не русов, а славян ([4. Р. 270-271], арабск. текст; [5. С. 292], русск. пер.), не должно, на мой взгляд, интерпретироваться как смешение тех и других, как то иной раз принято в литературе. Рассказ Ибн ал-Факиха по-существу совершенно иной, чем у Ибн Хордадбеха: речь идет о торговцах-славянах, которые вывозят меха (у Ибн Хордадбеха — еще и мечи), и путь намечен иной, чем у Ибн Хордадбеха: упомянут еврейский город Самкуш и, видимо, Азовское море; в качестве области, где купцы распродают товары, указана Гиркания на юго-восточном берегу Каспия, конечный их пункт — Рей, а не Багдад. А.П. Новосельцев с большой осторожностью подходил к вопросу о «смешении» двух народов в указанных пассажах Ибн Хордадбеха и Ибн ал-Факиха, отметив: «Мне кажется, что вопрос этот в настоящее время не может быть разрешен» [5. С. 293]. Однако для арабских авторов средневековья свойственно использование трудов предшественников как кальку, на которую зачастую накладывался совершенно иной материал, чем в первоисточнике, что очень свойственно и труду Ибн ал-Факиха, который использовал многие книги других ученых, не ссылаясь на них. Мне представляется, что именно с этим методом повествования и связан рассказ Ибн ал-Факиха.

В «Истории» ал-Йа’куби ([6. Т. II. Р. 598], арабск. текст) под 240/854—55 г. описан эпизод, когда кавказский народ ас-санарийа (цанары), живший на прилегающих к Дарьяльскому ущелью территориях, обратился к властителям ар-Рума, ал-хазар и ас-сакалиба за помощью против арабского наместника на Кавказе Буги Старшего. Ал-Йа’куби применил к правителям этих народов термин сахиб, т.е. ‘владелец’, ‘хозяин’. Хотя исследователями обычно разумеются верховные правители этих народов, следует отметить, что могут подразумеваться и не только византийский император, а и крупный византийский полководец; не каган — лицо скорее сакральное, чем действующее, а хазарский бек (иша, абшад, малик), который, как известно по информации Ибн Русте, Гардизи, Ибн Фадлана, ал-Мас’уди, ал-Истахри, Ибн Хаукала, занимался военными делами в Хазарии. О каком сахибе славян идет речь у ал-Йа’куби, не ясно. Некогда Й. Маркварт, а впоследствии А.П. Новосельцев не исключали возможности того, что цанары обратились за помощью к киевскому князю [7. S. 200; 5. С. 279]; В.М. Бейлис предполагал, что речь может идти об одном из восточнославянских правителей [8. С. 141]. Однако нигде и никем не доказано, что какой-либо славянский правитель в IX в. назывался каганом: тот же Ибн Хордадбех, а также энциклопедичный, ученейший ал-Бируни указывали точно, что царь (малик) славян именовался «князь» ([1. Р. 17], арабск. текст; [9. С. 112], русск. пер.; [2. С. 61], русск. пер.), а отнюдь не «каган», где бы он ни был.

Непонятно, почему К. Цукерман считает информацию ал-Йа’куби «безусловно легендарной» (С. 57). А.П. Новосельцев в свое время очень точно и неоспоримо подметил, что «к упомянутому свидетельству ал-Йа’куби следует отнестись с большим доверием прежде всего потому, что сведения современны автору и … потому, что автор жил долго в Закавказье и был хорошо знаком с положением дел в этой части Халифата» [5. С. 279]. Именно из рассказа ал-Йа’куби следует, что, собрав большие объединенные силы и не доводя дело до битвы, в тот момент дружественные государства вынудили Халифат изменить политику на Кавказе: в этом эпизоде отчетливо виден союз политических сил, по-видимому, возглавленный Византией и противостоящий общему врагу [10. Р. 194]. О каком бы славянском владыке не шла речь в безусловно достоверной информации ал-Йа’куби, К. Цукерман, как кажется, не обращает внимания на серьезные разработки в этом вопросе, поскольку они совершенно не подтверждают существование пресловутого «Русского каганата».

Остается неясным, почему исследователь, да и не только off (здесь можно назвать и имена таких видных ученых, как В.В. Седов, П.Б. Голден, О. Прицак, Дж. Шепард, и имена молодых — таких, как Е.С. Галкина, в работах которой следует отметить весьма агрессивное невежество как в вопросах восточного источниковедения, так и в отношении замечательных ученых-востоковедов), полагают, что если верховный властитель некоего народа назван неким титулом, то государство, которым он управляет, обязательно должно содержать его титулатуру в названии: ведь не называем же мы Византию «басилеей» или Швецию «конунгией». Титул «каган» («хакан») присваивался главе империи, большой федерации племен, его носили владыки крупных этнополитических объединений тюрок и хазар. Однако справедливо замечено, что, например, «термин «Аварский каганат», которым столь часто оперируют в научной литературе, в средневековых источниках отсутствует» [11. С. 282]. То обстоятельство, что, как гласит «Анонимная записка», еще очень сомнительное в государственном отношении сообщество русов (занятия только торговлей и разбоем, отсутствие хотя бы намека на занятия сельским хозяйством и, соответственно, класса землевладельцев, обычное право вместо судебной системы — все эти столь ярко нарисованные черты весьма далеки от твердой государственности), находящееся на неизвестном острове или полуострове, возглавлял «хакан», совершенно никак не доказывает, что это общество кем-нибудь и где-нибудь именовалось «каганатом».

К. Цукерман упоминает «Историю Табаристана» персоязычного историка Ибн Исфандийара (ХП-ХШ вв.), не называя, впрочем, имени автора труда, где рассказано о набегах русов на прикаспийские области и города. Без обиняков исследователь считает, что русы совершили нападение во времена Хасана ибн Зайда, который правил в 864-883 гг., ссылаясь при этом на некий перевод без комментариев, с одной стороны, и на статью СМ. Алиева [12] — с другой (С. 57). Однако существует полемика, начавшаяся еще в XIX в., по поводу этих сведений. В.В. Бартольд отмечал, что «свидетельства этих поздних авторов не находят себе подтверждения в более ранних источниках» [13. С. 831. Прим. 31]. СМ. Алиев писал в своей статье буквально следующее: «О борьбе Хасана ибн Зайда против русов в исторических сочинениях сведений не обнаружено» []2. С. 317. Прим. 9]. К. Цукерман же не обратил внимания на достаточно серьезную и давнюю дискуссию относительно известий восточных авторов о ранних походах русов, в которых, кстати, ни разу предводитель нападавших на прикаспийские территории русов не назван «каганом».

Настораживает следующая фраза исследователя: «С точки зрения иностранцев, в частности автора «Анонимной записки», составившего подробное описание подвластных Хазарии народов, оба кагана — хазарский и русский — стоят на одном иерархическом уровне» (курсив мой. — Т.К.) (С. 59).

Прежде всего, на каком основании исследователем сделан вывод о том, что автор «Анонимной записки» составил «описание подвластных Хазарии народов»? Каждому, кто обращался к этим материалам, ясно, что набор сведений в «Анонимной записке» отвечает сложившемуся к тому времени в арабо-персидской литературе характеру описаний земель, далеких от Халифата, где рассказывалось о главных торговых и почтовых дорогах, соединявших Арабский халифат с отдаленными странами, а попутно — о самих далеких государствах, территориях, областях, городах и народах, никак не выделяя специально ни один народ, в том числе хазар. Для автора были важны описания путей, которые, кстати, в «Анонимной записке» весьма часто связаны с маршрутами, проходившими через Хорасан, а отнюдь не через Хазарию. Хазария интересует автора «Анонимной записки» ровно настолько, насколько в поле его зрения попадают все окружающие восточноевропейские и среднеазиатские народы; там же, где удается получить информацию, автор упоминает о том, кто находится в состоянии войны и «пленяет» другие народы: булгары — буртасов; буртасы — булгар и печенегов; мадьяры и русы — славян; кипчаки, хазары и славяне — печенегов и т.д.

Что сообщает «Анонимная записка» о верховных властителях русов на (полуострове? «У них есть царь, называемый хакан русов… И если один из них возбудит дело против другого, то зовет его на суд к царю (малику), перед которым (они) и препираются. Когда же царь (малик) произнес приговор, исполняется то, что он велит. Если же обе стороны недовольны приговором царя (малика), то по его приказанию дело решается оружием (мечами), и чей меч острей, тот и побеждает. Есть у них знахари, из которых иные повелевают царем (маликом), как будто бы они их (русов) начальники» ([14. Р. 145-147], арабск. текст; [5. С. 303, 305], русск. пер.). Гардизи в описании судебного спора заменяет термин малик Ибн Русте словом хакан, однако в рассказе о знахарях употребляет название малик ([15. С. 39], перс, текст; [5. С. 305], русск. пер.). Эти данные нисколько не напоминают известный рассказ «Анонимной записки» об образе жизни хазарского хакана и о двух властителях в Хазарии. Сведения же Ибн Фадлана о царе (малике) русов, о его способе существования и наличии заместителя, занимающегося воинскими и прочими делами вместо самого малика (не кагана !) ([16. С. 145], русск. пер.), настолько напоминают известия «Анонимной записки» о хазарском хакане, что можно поставить под сомнение достоверность этих материалов, которые, вероятно, носят книжный, литературный характер.

Следует также отметить довольно «свободный» комментарий К. Цукермана относительно северной локализации «каганата» и «острова русов», со ссылкой на А.П. Новосельцева (С. 67): тот, действительно, поддерживал подобную точку зрения относительно «острова русов», но нигде в цитируемой статье А.П. Новосельцев не применял по отношению к «острову русов» термин «каганат», отмечая, что в случае с описываемым «Анонимной запиской» обществом «мы имеем дело с еще не сложившимся, но находившемся в процессе своего становления государством», которое, как и другие восточнославянские политические объединения того времени, может «считаться предшественником Древнерусского государства» [5. С. 312, 313].

Таким образом, можно констатировать весьма вольное, к сожалению, обращение исследователя с восточными известиями, которые требуют особой осторожности при анализе: ведь недаром по любой, даже самой незначительной, их информации существует необъятная научная литература, и ему следовало учитывать хотя бы основную. Подобная небрежность в обращении с материалами восточных источников вызывает естественную настороженность по поводу интерпретации К. Цукерманом прочих письменных памятников.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

  1. Kitab al-Masalik wa’l-Mamalik (Liber viarum et regnorum) auctore Abu’l-Kasim ‘Obaidallah ibn ‘Abdallah Ibn Khordadhbeh… / M.J. de Goeje. Lugduni Batavorum, 1889.
  2. Ибн Хордадбех. Книга путей и стран / Пер. с арабск., коммент., исследование, указатели и карты Наили Велихановой. Баку, 1986.
  3. Минорский В.Ф. История Ширвана и Дербенда. М., 1963.
  4. Compendium libri Kitab al-Boldan auctore Ibn al-Fakih al-Hamadhani / M.J. de Goeje. Lugduni Batavorum, 1885.
  5. Новосельцев А.П. Восточные источники о восточных славянах и Руси VI-IX вв. // Древнейшие государства Восточной Европы. 1998 г. Памяти чл.-корр. РАН А.П. Новосельцева. М., 2000.
  6. Ibn Wadhih qui dicitur al-Ja’qubi. Historiae / Th. Houtsma. Leiden, 1883. Т. I—II.
  7. Marquart J. Osteuropaische und ostasiatische Streifzuge. Leipzig, 1903.
  8. Бейлис B.M. Арабские авторы IX — первой половины X в. о государственности и племенном строе народов Европы // Древнейшие государства на территории СССР. Материалы и исследования. 1985 год. М., 1986.
  9. Ал-Бируни Абу-р-Райхан Мухаммад ибн Ахмад. Памятники минувших поколений // Ал-Бируни Абу-р-Райхан Мухаммад ибн Ахмад. Избранные произведения. М., 1957. Т. I.
  10. Dunlop D.M. The History of the Jewish Khazars. Princeton (New Jersey), 1954.
  11. Буданова В.П., Горский A.A., Ермолова ИТ. Великое переселение народов. Этнополитические и социальные аспекты. М., 1999.
  12. Алиев СМ. О датировке набега русов, упомянутых Ибн Исфандияром и Амоли // Восточные источники по истории народов Юго-Восточной и Центральной Европы. М., 1969. Т. II.
  13. Бартольд В.В. Арабские известия о русах // Бартольд В.В. Сочинения. М., 1963. Т. II. Ч. 1.
  14. Kitab al-A’lak an-nafisa VII auctore Abu Ali Ahmed ibn Omar Ibn Rosteh / M.J. de Goeje. Lugduni Batavorum, 1892.
  15. Бартольд В.В. <Извлечение из сочинения Гардизи «Зайн ал-ахбар»> // Бартольд В.В. Сочинения. М., 1973. Т. VIII.
  16. Ковалевский А.П. Книга Ахмеда ибн Фадлана о его путешествии на Волгу в 921-922 гт. Харьков, 1956.

Калинина Татьяна Михайловна — канд. ист. наук, старший научный сотрудник Института всеобщей истории РАН.

2003 г. Т. М. Калинина