«Бярозка з лістком, бярозка з лістком 
Усю восень шумела: 
— Мой ты, лісточак, мой ты, зеляненькі, 
Як жа мы расстанемся? 
Ветры павеюць, цябе абвеюць, 
А я тут застануся. 
— Не бойся бяроза, не бойся белая, 
Я цябе не пакіну. 
Цяпер ападу —  вясною прыду, 
З табой шумець буду (…)»
(белорусская народная песня)

Праздник Осеннего Равноденствия (в современном Родноверии его обычно называют Таусень или Радогощ) – один из четырёх «солнечных» святодней Кологода. Судя по имеющимся данным, он  был замещён сразу несколькими христианскими праздниками: обряды, которые, предположительно, в древности были приурочены к Равноденствию, в поздней славянской Традиции оказались «разбросанными» по разным календарным датам. Тем не менее, эти обряды сохранились, – Традиция не прервалась…

Обратимся же к данным этнографии.

1. Семён Летопроводец.

Первый из череды христианских праздников, вобравших в себя черты древнего святодня в честь Осеннего Солнца – день Симеона (Семёна) Столпника, прозванного в народе Летопроводцем, отмечающийся 1 (14) сентября. Другое  его название – Осенины. На связь «Семёна Летопроводца» с Осенним Равноденствием указывает обычай обновления Огня, приуроченный к этой дате[1] – аналогичные обряды совершались на Коляду, Масленицу и Купалу. 1 Сентября в старину тушили все огни в селении и (при помощи трения) добывали священное пламя – Новый Огонь. Вот что пишет о нём знаменитый исследователь славянской Традиции А.Н. Афанасьев: «Пламя это признается спасительным против всяких заразительных и повальных болезней. Огонь, бывший до того в людском употреблении, не считается годным для такого священного дела; как вода, предназначаемая для леченья, должна быть непочатая, только что почерпнутая из родника, так и огонь требуется новый, не служивший еще человеческим нуждам. Живым огнем возжигаются купальские ко­стры, через которые перегоняют поселяне скот и сами прыгают — в полном убеж­дении, что это наделяет здоровьем. Но сверх того к пособию живого огня прибега­ют всякий раз, как скоро обнаружится сильная смертность между населением или скотский падеж. (…) Что происхождение описанных обрядов относится к глубочайшей древности — в этом не может быть сомнения; уже в 842 году Карломан запрещал эти «богопротивные» огни. Но важнее всех пись­менных свидетельств — то, что обряды возжжения живого огня равно совер­шались у всех индоевропейских народов, не исключая ни кельтов, ни греко-римской отрасли»[2]К слову сказать, по свидетельству того же Афанасьева, сербы называли такой Огонь «ватра жива» — живая молния…

С 1 сентября начинались «засидки» (работы при огне), осенние хороводы и свадьбы; в этот день совершали постриги – обряд возрастного посвящения, в ходе которого мальчикам  на четвёртом году жизни[3] стригли волосы и сажали на коня. Кроме того, в праздник Семёна Летопроводца устраивали «похороны мух» — ритуал, связанный с гибелью насекомых в осеннее время. Выглядел он так:  девушки в нарядной одежде укладывали мух в изготовленные из овощей гробы и хоронили их с притворным плачем.

Интересно отметить, что в христианизированной Руси  (до реформ Петра I)  1 сентября считалось началом Нового Года (в соответствии с решением первого Вселенского Собора).

2. Рождество Богородицы.

Рождество Богородицы (8 \ 21 сентября) также называется в народе Осенинами (а ещё – Оспожинками и \в Белоруссии\ Богачом).  Наличие связи между этим христианским праздником и древним святоднём Осеннего Равноденствия предполагал ещё Адам Богданович (известный собиратель белорусского фольклора, живший в XIX веке): «(…) то обстоятельство, что празднование «богача» более или менее совпадает со временем осеннего равноденствия, также отчасти указывает на принадлежность этого празднества к солнечному культу, и если это верно, то таким образом заполняется пробел в цикле празднеств в честь солнца. Одно из этих празднеств несомненно должно было справляться осенью. Если коляды посвящались зимнему солнцу, масленица и великодни – весеннему, купала – летнему, то было бы не понятно отсутствие празднества в честь осеннего солнца, тем более непонятно и необъяснимо, что в это именно время первобытный человек видел плоды его благодетельного влияния»[4].

В Белоруссии во время празднования «Богача» совершался ритуальный обход дворов с лукошком, полным зерна, и воткнутой в него горящей свечой. Зерно для этой цели нередко вымолачивали из «зажиночного» (сжатого первым) снопа, а потом использовали для сева. Приготовление же свечи сопровождалось общей «вечерей» участников обряда с исполнением особых обрядовых песен, сходных с «дожинковыми» (т.е. посвящёнными окончанию жатвы).

На Руси Рождество Богородицы отмечалось, как правило, у воды. Обрядовыми блюдами были овсяный хлеб и кисель; кроме того, к празднику закалывали барана и варили пиво, пекли пирог из муки нового урожая.  С этого дня начинался сбор овощей, а также – хмеля, поэтому на гулянии пели соответствующие  случаю песни:

«Вейся ты, хмель, перевейся,
На нашу сторонку,
Как на нашей на сторонке приволье большое!
А приволье — то большое, мужики богаты!
Что мужики — то богаты, камённы палаты!
Что каменны палаты, двери золотые,
Что маковки литые!»

Академик Б.А. Рыбаков в своей книге «Язычество древних славян» пишет о том, что к празднованию Рождества Богородицы было приурочено принесение требы Роду и Рожаницам (хлебом, творогом и мёдом). По мнению Рыбакова (разделяемому многими современными родноверами), Рожаницами наши Предки называли Ладу и Лелю, Богинь плодородия. Однако, есть и другая версия, согласно которой Рожаницы – Богини Судьбы, сходные с германскими норнами и греческими мойрами. Об этом говорит славянский фольклор: «Едва народит­ся младенец (рассказывают хорутане), как тотчас же — Бог знает откуда и как — яв­ляются в избу три сестры-роженицы (rojenice), садятся за стол и в кратких изрече­ниях определяют судьбу новорожденного; произнеся свои предсказания, они тихо удаляются, и если на ту пору светит сквозь окно месяц, то озаренные его лучами — бывают видимы их легкие, воздушные образы и радужные покровы. В верхней Краине их называют чисте, беле деклице и жене (чистые, белые девы и жены), в Каринтии — желкинк, жельне жене, от глагола желкти (желать, заботиться), подобно тому, как валькириям давалось прозвание «wunschmädchen»; в других местностях — живицы, суженицы и судицы (sujenice = sojenicesudice = sodice), т. е. девы жизни и судьбы. Последнее имя известно также лужичанам (sudzicke), словакам и чехам (sudicesudičky)»[5].

По свидетельству А.Н. Афанасьева, в народных поверьях Девы Судьбы считаются также духами-хранителями: «Хорутане убеждены, что всякий человек, как только родится, получает на небе свою звезду, а на земле свою рожани­цу, эта последняя определяет и предсказывает его судьбу. У белорусов сохраняется предание, что всякий человек имеет свою Зирку, которая, как дух-хранитель, неот­ступно находится при своем избраннике. Собственно зирка значит: звезда; но в на­роде под этим именем слывет богиня счастия. Есть поговорка: «что из него будет, коли он не в милости у Зирки!» Зирка, по мнению поселян, является на свет вместе с человеком и назначается для его охраны»[6].

Рождество Богородицы отмечалось в старину с размахом – С.В. Максимов пишет: «Празднество это, в зависимости от урожая,  отличается  большим разгулом. При видимо  благополучном  результате  жатвы  «оспожинки» справляются иногда в течение целой недели: чем урожайнее было лето, тем продолжительнее праздник»[7]. По некоторым сведениям, во время Осенин славили Мать-Сыру-Землю, благодарили Богиню за Её дары…

3. Воздвижение Креста.

Воздвижение Креста (третьи Осенины) отмечается 11 (27) сентября. С этого дня, по народным поверьям, змеи уходят под землю, перелётные птицы улетают, а медведи залегают в берлоги. Было распространено и представление, согласно которому, птицы и змеи переселяются  осенью в Вырей (Вырий, Вирий, Ирий) – далёкую тёплую страну.  По мнению многих исследователей, Вырей – одно из славянских названий Иного Мира; к примеру, А. Котляревский писал: «этимология слова рай ука­зывает на понятие солнечной, воздушной области: корень raj (радж), от которого оно происхо­дит, обозначал первоначально впечатление небесного блеска, небесного моря, светлой облачной страны; в таком смысле термин употреблялся в Ведах… Ирий и вырий только иные лингвистиче­ские формы слова рай, прямо происшедшие от того же корня, только в иной форме arj»[8]. Также считалось, что на Воздвижение лешие бегают по лесу, а после проваливаются под землю – впадают в спячку до весны.  По легенде, в этот праздник змеи отмечают свадьбу Змеиного Царя – поэтому запрещалось ходить в лес.

В народном календаре с праздником Воздвижения связано начало сбора грибов и уборка капусты. В течение двух недель в деревнях устраивали «капустные вечера» – женщины собирались в домах и рубили капусту, сопровождая работу песнями.

Совершались на Воздвижение и обрядовые действа: проводили «похороны мух», устраивали обережный обход полей с крестом; после завершения обхода детей, участвовавших в обряде, хозяйка поля обсыпала зерном.  При этом она высоко подбрасывала зерно со словами «Чтобы так же высоко росла пшеница». Знак креста (оберегающий символ, намного более древний, чем христианство) рисовали в закромах и хлевах, делали кресты из ветвей рябины, вырезали их из дерева… 

4. Фёкла-Заревница.

Праздник Фёклы-Заревницы справляется 24 сентября (7 октября по «новому стилю»). Название «Заревница» появилось из-за обычая палить в этот день сухую траву на полях.  В старину  с этим праздником связывалось начало молотьбы; он же был широко распространённой датой проведения «именин овина»[9].

Овин издревле был местом почитания Огня – в одном из древнерусских «поучений против язычества» («Слове некоего христолюбца»)  сказано: «молятся огневи под овином».  Он также считался местом обитания овинника – духа этого строения[10]. «Именины овина» проходили так:  хозяин угощал молотильщиков (основным блюдом была каша), все пели песни и веселились, а после полуночи возжигали Огонь и начинали молотьбу[11]. В некоторых местах Огонь горел и днём (около Него праздновали), но молотить всё равно начинали с полуночи. На ночь хозяйка оставляла на рушнике угощение овинному батюшке. «Именины овина» были на Руси не только днём начала молотьбы, но и одним из важнейших праздников урожая. К этому святодню готовили обильную страву; помимо каши в неё входили оладьи, блины, курники, пироги с разнообразной начинкой… Празднование «именин овина»  могло длиться целую неделю.

22 вересня, лета 4417 от О.С.В.
Мирослав.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ:

  1. Адам Богданович. Пережитки древнего миросозерцания у белорусов. Источник: http://community.livejournal.com/sociologia_by/
  2. Афанасьев А.Н. Поэтические воззрения славян на природу. Том II. Источник: http://plamyasvargi.narod.ru
  3. Афанасьев А.Н. Поэтические воззрения славян на природу. Том III. Источник: http://plamyasvargi.narod.ru
  4. Рыбаков Б.А. Язычество Древней Руси. Источник: http://plamyasvargi.narod.ru
  5. Статьи из Интернета: «Коло Года» (Велеслав), «Колесо Года и народный календарь» (milkshake_m, сообщество ru_witch) и т.д.